Українска Націонал – Трудова Партія

Маркетинговое бессилие, или Витренко, как двигатель раскрутки УПА

Впервые на эту мысль меня натолкнул коллега по имени Андрей Черненко. Во время известных акций 14 октября, проведенных с требованием уравнять ветеранов Украинской повстанческой армии в правах с ветеранами армии советской, он показал мне на одиноко стоящий на Майдане Незалежности микроавтобус с красными знаменами и огромными динамиками. Из динамиков на весь Майдан неслась музыка «Катюши» и «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат», а из самого автобуса время от времени выглядывал лидер Всеукраинского союза рабочих Бондарчук. Было видно, что для него это особый день. В перерывах между катюшами и соловьями он прислушивался, не маршируют ли по Крещатику кованные сапоги фашистских наймитов, и, надо полагать, готовился умереть в борьбе за благородное дело недопущения ветеранов Украинской повстанческой армии к площади перед Главпочтамтом.

–Обрати внимание, – сказал мне коллега, – что Бондарчук здесь не просто принимает участие в политической акции. Если разобраться, то он тоже вышел на празднование годовщины создания УПА. И сейчас он такой же полноценный участник празднования Покровы, как и, например, скинхеды или милиционеры. У нас праздник комплексный, как венигрет. Без левых, православных и милиции он не эффектен. Да и неэффективен тоже.

Я признал его правоту. Конечно, многие люди с обоих сторон вышли в этот день в неописуеммых милитарного покроя одеяниях, но все-таки, милиция выглядела в этот день лучше всех.

–Так же, как по призыву Тягныбока на улицу вышли самые разные люди, – продолжал Андрей. – Анархисты и «Братство», православные социалисты и прогрессивные граждане (или наоборот). Молодежное левое объединение «Че Гевара», недавно замеченное в пикетировании некоего Фукуямы (Фукуяма им за это не заплатил), в рамках празднования Марша УПА пришло пикетировать памятник Ленину (Ленин им за это тоже ничего не заплатил). Коммунистам даже пришлось перенести празднование годовщины окончания Нюрнбергского процесса (1 октября) на две недели, чтобы успеть прийти отреагировать на «заклык» Тягнибока на Майдан. То, чего КУН не смог сделать за десять лет, за два года достигли совместными усилиями наши левые и русофилы, оказавшиеся лучшими пиарщиками повстанцев, чем Конгресс украинских националистов за все время руководства им Ивченко.

«У каждого бренда – своя легенда»

Да, соглашаюсь я. У нас в обществе реакция общества на те или иные события вообще непредсказуема. Более того: уже прошло больше недели после празднования Покровы, но эти люди не успокоились. Теперь они через свои медиа и сайты доказывают, что ничего особенного не произошло: ветераны-де были не настоящие, да и вообще, это были не ветераны, а скинхеды из «Народно-Трудовой Партии», да и тех немного, совсем не заслуживающее внимания количество. Причем со стороны околовитренковского лагеря я слышу эти стенания уже восемь дней, то есть достаточное количество времени, чтобы засомневаться: не может так быть, чтобы столь долгое время доказывать, что 14-го числа не было ничего достойного внимания. Значит, что-то да было? Но даже, как это часто бывает в искривленной украинской действительности, чем больше человек (даже незаангажированный) слышит о том, что и марш был немногочисленным, и ветераны УПА ненастоящие, тем более он воспринимает произошедшее с абсолютно противоположным знаком. У нас за плечами выстраданный опыт семидесяти советских лет для того, чтобы все воспринимать наоборот и читать между строк. Что позволяет сделать следующий вывод: наши уличные политики пока лишь научились выводить народ на улицы, но понятие маркетинга для них – темный лес.

А просчитывать результаты акции, тем более построенной на контрпозиционировании более раскрученному брэнду, очень трудно. Никто ведь не будет возражать, что аббревиатура УПА более раскручена, чем Всеукраинский союз рабочих или приезжий из Москвы Евразийский союз молодежи, добавивший в общий котел еще и элемент противостояния «наши» против «ихних». Потому что в политике, как и в эстраде, нет понятия отрицательной рекламы. Есть целая куча политиков, а уж тем более звезд подиума, которые сделали себе имя и карьеру именно на демонстративно антиобщественном поведении. Поведение забывается, а имена остаются на слуху. Кто сейчас вспомнит, кто там бился с милицией на Бессарабке? Кому что-то говорит название «Союз православных граждан Украины» или объединение «Че Гевара»? Да никому. А Степана Бандеру знают все. Не зря же я часто слышал в этот день от случайных прохожих: «Чего это Крещатик закрыт? А-а-а, это день УПА празднуют…»

При всей этой свистопляске нелишне будет вспомнить, что в Киеве ранее не только не было традиций празднования подобного юбилея – собственно отрядов УПА в украинской столице не видели. ОУНовское подполье в городе было стопроцентно мельниковского направления, которое борьбе с немецкими оккупантами предпочло попытки наладить с ними сотрудничество, что и кончилось трагической, но показательной гибелью всего «провода». И читая в российской прессе сообщения вроде «в Киеве состоялись ТРАДИЦИОННЫЕ стычки левых и правых», с завистью думаешь: ну какой хороший маркетинговый ход! Какая раскрутка бандеровского брэнда! Тема, заслуживающая своего отдельного исследования.

Еще раз повторюсь: я уверен, что 99 процентов жителей города еще два года назад не имели ни малейшего представления о том, что день создания Украинской повстанческой армии отмечается именно 14 октября. А еще я не сомневаюсь в том, что Олег Тягныбок не обладает достаточными навыками креативщика, чтобы с таким размахом подарить украинцам новый праздник. Вообще, этот политик правой ориентации мне более напоминает не столько Муссолини, сколько лубочного русского мишку Топтыгина – существо крупное, неуклюжее, с обостренным и вульгаризированным чувством социальной справедливости, неинтеллектуальное. Такого типа вождь мог бы ограничиться проведением небольших акций, не собирающих полусотни участников, как это предписано судьбой всем радикалам как правого, так и левого спектра. Фактически мероприятием всеукраинского масштаба этот день сделала прошлогодняя драка.

Мистические коммунисты

В чем заключается такое мистическое желание коммунистов не пускать на Крещатик ветеранов УПА, объяснить логическими понятиями трудно. Тем более, если учесть, что в Киеве чуть ли не ежемесячно проводятся какие-то мероприятия: если не памяти Бандеры, то уж во всяком случае памяти Петлюры, или атамана Чучупаки, или же батьки Махно, или героев Крут, или дня Соборности, или Акта 30 июня (а для гурманов существуют еще и антикоммунистические мельниковцы, РУНВИРисты и «двийкари»). Замахаешься, короче, бегать и всем мешать, так можно и 7 ноября с Первомаем пропустить. Видимо, из всего этого националистически-антикоммунистического асорти именно марш ветеранов УПА был выбран по соображениям знаково-мистического толка, которые так присущи нашим левым. В этом обряде непускания бандеровцев есть что-то одновременно от ритуала изгнания дьявола, сжигания чучела Джорджа Буша (младшего), языческого огненного круга и еще тех сакральных обрядов, которые совершала наша каноническая общественность, оберегая Киев от визита Иоанна-Павла ІІ. Им нужен был выстрел «Авроры». Им нужен был флаг над Рейхстагом. И что-то сравнимое с этими символами наши левые, очевидно, пытались увидеть под прошлогодним Почтамтом…

И конечно, леваки традиционно проявили себя никудышними маркетологами. Хотя бы потому, что в противостоянии между «акцией в поддержку УПА» и «акцией протеста против акции в поддержку УПА» преимущество всегда будет за первой. Во-первых, «недопущение на Крещатик ветеранов УПА», будет всегда во вторичном, в подчиненном положении по отношению к тезису «марш ветеранов УПА», так как оно является производным от него. Не будет марша ветеранов, не будет и акции по перекрытию им дороги. Во-вторых, идея массовой акции должна быть по возможности более простой, и только в этом случае ее можно донести до широких масс. В принципе, почему ветераны-повстанцы хотят отметить свой праздник 14 октября – понятно всем, даже тем, кто резко отрицательно относится к ОУН, Бандере и Шухевичу. Почему нужно в этот день подавлять эту инициативу, биться с милицией и ходить по городу с иконой с ликом Николая Второго, как это делал Кауров – такой поведенческий алгоритм объяснить сложнее. Причем, если бы на вооружение не был взят лозунг противостояния, а просто в другом каком-то месте города был бы проведен антибандеровский митинг – это было бы намного более оправдано, и дало бы больше политических очков нашим левым. Возможно, когда-нибудь, не при нашей, конечно, жизни, сторонники и противники УПА абсолютно мирно будут маршировать по встречным полосам Крещатика, приветственно махать друг другу руками, и фотографироваться на память на фоне своих оппонентов. Увы, сегодня своими драками, перекрыванием улиц и апокалиптическими прогнозами по телевидению они только смогли зародить у широкой аудитории так и не получивший ответа вопрос «а на хрена все это было сделано?» Ну и всколыхнуть дремавшую в обществе дискуссию относительно роли ОУН-УПА в новейшей украинской истории.

Если рассматривать проведенную коммунистами, прогрессивными социалистами и православными русофилами акцию по популяризации УПА и марша ее ветеранов среди широких слоев киевлян с точки зрения бинарной рекламы, то им удалось сделать первый шаг: напомнить украинцам о нерешенном вопросе относительно статуса повстанцев. Но, конечно, от того, что на голову среднего украинца свалилось в эти дни огромное количество материалов (сплошь и рядом – взаимоисключающих) относительно УПА, еще ничего не зависит: путь от осведомленности может лежать как к лояльности, так и к отрицанию. Значит, за этот год инициативу популяризации УПА должны перехватить национал-демократы. Если они не хотят упустить столь уникальный шанс – продвижение бренда с низов, от митингов и противостояний, которое в украинском обществе на несколько порядков эффективнее, чем скучные сюжеты по УТ-1 и навязывание какой-то препарированной официальной истории в школах и вузах. И если у украинских правых еще остались какие-то силы для ведения агитационной деятельности, то они сегодня находятся в очень выгодных условиях.

Место свято и пусто

Стоит обратить внимание на то, что практически все ведущие наши партии (во всяком случае, парламентские, кроме КПУ) вообще не смогли позиционировать себя в этом мероприятии. Конечно, у каждой из них была какая-то причина осторожничать. НСНУ вряд ли смогла бы доказать свою искренность в поддержке прав ветеранов УПА, как ей не удается доказывать свою искренность вообще. БЮТ испугался обвинения в сотрудничестве со скинхедами, которые, несомненно, прозвучали бы со стороны их политических оппонентов. Хотя имея такого специфического депутата, как Лукьяненко, подобных обвинений бояться вроде бы и нечего… Почему на улицу не вышли «регионалы» и социалисты, тоже понятно: во-первых, их интересы лежат вне плоскости признания/непризнания УПА, во-вторых, ниша профессиональных борцов с бандеровщиной уже настолько тесно заполнена, что занять достойное место между витренковцами и кауровцами практически невозможно. А ведь при этом в принципе те же наши БЮТ и НСНУ, да еще УНП и ряд других центристских и правых партий вполне могли бы найти для себя приемлемое объяснение поддержки акций 14 октября. Если бы, например, избавились от жесткой привязки его к повстанцам, рассматривая этот день, как традиционный праздник украинского оружия, в котором УПА была бы лишь одной из составляющих. Кстати, одно расширение массовых акций в этот день способно решить и проблему скинхедов, которые просто были бы выдавлены большой массой участников. К тому же, что бы мне не говорили, но система ценностей и мотивационные поведенческие алгоритмы у традиционных украинских националистов (включительно с ВО «Свобода») совершенно иные, чем у европейцев-скинхедов, и два этих социальных слоя, вопреки распространенному мнению, существуют достаточно обособленно друг от друга. Даже митинги 14 октября они провели в разных частях города – одни на Софийской площади, другие у памятника Шевченко. Со временем эта пропасть, согласно всем законам социал-дарвинизма будет только углубляться, ведь обе компании являются между собой по сути конкурентами, вербующими сторонников на очень узком поле правого электората.

А вообще я хотел бы, чтобы будущий праздник УПА был более веселым, а то ожидание каких-то «сутичок» в моем спокойном и красивом городе портило мне в этот день настроение и наводило тоску. Возможно, в следующем году листовки вроде «Приглашаем Витренко отметить вместе с нами Покрову» внесут еще больше карнавальности в этот праздник. Который станет не бесконечным ожиданием мордобоя, а костюмированным (и качественно костюмированным – я сфотографировал очень много прелюбопытнейших униформ армий неизвестных государств в рядах разновекторных казаков, союзов офицеров и православных граждан) бал-маскарадом. Да, одним из аргументов критиков прошедших событий было то, что в рядах сторонников УПА было огромное количество всевозможных «ряженых». Может и так, но всё-таки, как ни крути, куда луше праздновать этот день в компании каких-то лубочных, но веселых и добродушных казаков, чем в противостоянии отвратительных скинхедов с отвратительнейшими леваками. По всему миру, от Венеции до Бразилии, и от Экваториальной Африки до Кореи регулярно проводятся фестивали, во время которых улицы заполняют те самые «ряженные». И никто не видит в этом ничего плохого. Более того, праздники «ряженных» в этих странах – самая что ни есть «фишка».

Автор – член Украинской народной партии